Главная Об авторах Читать Оглавление Рецепты Лизы Обр. связь Отзывы

УДИВИТЕЛЬНЫЕ СНЫ ЛИЗЫ КУДРЯВЦЕВОЙ О ПЕТЕРБУРГЕ

«Дождь…
Над Невой туман,
Львы намочили гривы.
Только портовый кран
Нам разгружает сливы.

Дождь намочил асфальт,
Дождь прыгает по крышам.
На Театральной альт
Мы из окошек слышим.»
      А.Розенбаум
Лиза
Нить Времени
Глава XIII
Нить Времени
 Моторная лодка стремительно набирала скорость, рассекая белые волны. Лиза уверенно вела своё маленькое судно.
– Папина дочка! – восхищался Фуфа.
 Рядом с хозяйкой сидел верный пёс Яша, готовый в любую минуту прийти ей на помощь. Впереди то и дело мелькал, словно прыгающая стрелка компаса, серебристый хвост корюшки. Лоцман знал своё дело. 
 Павлин важно восседал на самом носу лодки. Петух гордо расхаживал рядом, звеня шпорами.
– Могли бы вы уже перестать загораживать собой вид на море? – поинтересовался Фуфа. Устроившись на дне лодке, он копошился в своём узелочке. – А то мы таки совсем ослепнем от вашей красоты. Глазки испортим и мотобот не увидим. 
 Белка фыркнула и переглянулась с Совой, сидевшей на Лизином плече.
 Петух наклонил голову набок и только собрался достойно ответить этой дерзкой колючке, как девочка повернула руль. Лодка развернулась под углом к волне и понеслась ещё быстрее. Волны стали перехлёстывать через борта, заливая её потоками воды.
– Ко-ко-какие волны! – закудахтал Петух и спрыгнул на дно лодки. Павлин нехотя последовал за ним.
 Белка тут же заняла их место на носу, крепко уцепилась за свёрнутый канат и стала зорко вглядываться в горизонт. 
– Вон они! – вдруг закричала она. 
 В далёкой дымке показался силуэт страшного мотобота.
– Бу-бу-бу!– всё отчётливее слышался звук его вращающихся винтов. Запахло соляркой. По воде расплывались пятна мазута. 
 Корюшка, вынырнув из воды, отдала Лизе честь на прощанье и ушла на глубину.
 На мотоботе тоже заметили погоню. Похитители с негодованием наблюдали за тем, как лёгкая и стремительная лодка приближалась к ним. В лодке сидели девчонка и разные звери. 
– Полундра! Противник сидит у нас на хвосте! – заорал Кот.
– Переводи скорее часы. Уже полночь! – каркнул Ворон. 
 Вирусач судорожно схватил мохнатыми лапами Часы Времени и стал торопливо переводить стрелки назад, бормоча волшебные слова.
 Вода вокруг мотобота забурлила, вспучилась. Крутая волна со страшной силой обрушилась на него и завертела в гигантском водовороте. 
 Сквозь вой ветра послышался жуткий хохот капитана Сигварта и грозное рычание его собаковолка.
 Яшка вскочил и залился лаем в ответ.
 Навстречу лодке понеслись огромные лохматые волны. Казалось, они сейчас разнесут её. 
– Шеф, мы пропали! Шлёпнемся в холодную воду и опустимся на дно золотыми слитками! – отчаянно закукарекал Петух.
 Вдруг из глубины водоворота потянулся тонкий, едва различимый золотой луч.
– Ура! Нить Времени! –крикнул Петух и захлопал крыльями.
– Естес-с-ственно, – важно добавил Павлин и распустил хвост.
 Белка мгновенно кинула Сове конец каната. Та поймала его клювом и ринулась к золотой нити. На лету схватила её когтями и быстро связала с канатом. 
 
Нить времени
Сова и нить времени
Лодка вслед за мотоботом полетела в гигантскую воронку. 
 Лизе стало страшно.
– Это сон, это сон…– бормотала она.
 Девочка крепко закрыла глаза и по привычке стала считать до десяти.

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Приплыли!

Приплыли!
 Лиза услышала плеск воды о деревянный настил. Потянуло ночной свежестью. 
 Она открыла глаза. Лодка тихо покачивалась возле низкого берега. От реки наползал холодный туман, прозрачной пеленой стелился по берегу.
 Притихшая команда осторожно оглядывалась.
 Странно, – сказала девочка. – Почему мы в деревянной лодке?
– Брр, – поёжился Фуфа. – Как тут сыро и холодно. Хорошо, хоть ночь белая.
 И тут сквозь туман они увидели свет костра.
– Вкусненьким пахнет, – мечтательно сказал Фуфа и потянул носом. 
 Яша, не раздумывая, выпрыгнул на мокрый песок и тоже стал принюхиваться. Сглотнул голодную слюну, оглянулся и вопросительно посмотрел на хозяйку.
– Прежде чем высадиться, посмотри, чист ли берег, - напомнил Петух. - Так англичане говорят.
– Сидите здесь и ждите меня, – попросила Лиза ёжика и великолепную четвёрку из Эрмитажа. – Мы с Яшей на берегу разузнаем всё как следует.
 Она выбралась из лодки и пошла на огонёк. Яша побежал впереди.
 Оставшаяся на борту команда стала оценивающе рассматривать судно, на котором они оказались.
– Лодка узкая, длинная, – начала Белка. – Руль, багор, четыре весла…
– Это лодка верейка, – сощурила глаза Сова. 
– Естес-с-ственно, – согласился Павлин. – От английского слова wherry - лодка.
– Точно. Пётр Первый одну такую верейку сам смастерил. На ней через Неву переправлялся, – затараторила Белка.
– А вот с пушечкой настоящий боевой корабль будет, – прикинул Петух, вышагивая вдоль борта. – Сможем атаковать мотобот.
– Да не морочьте мне голову, – отмахнулся от них Фуфа и принялся покрепче завязывать свой узелок. – Где этот мотобот? И куда мы на этой вашей верейке приплыли?! 
 
Лодка - Верейка

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Старый рыбак

Старый рыбак
 На берегу, возле костра, сидел старик с белой бородой и обветренным лицом. Он то и дело подкладывал сухие ветки в огонь. Языки пламени лизали подвешенный над костром закопчённый медный котелок, в котором булькала уха. 
Старый рыбак
 Лиза с Яшей подошли поближе.
– Здравствуй, дедушка, – сказала девочка. – Можно нам немножко погреться?
– Садитесь, коли пришли. Места всем хватит, – улыбнулся старик, и вокруг глаз его собрались добрые морщинки. – Озябла, чай?
 Лиза осторожно устроилась на брёвнышке, расправив полы своего белого плаща. Верный пёс улёгся у её ног. 
– Собачка у тебя знатная, – сказал старик. – Прежде таких не видывал. Ишь, лапы какие здоровые.
– Немецкая овчарка. Ещё щенок, – улыбнулась девочка. – Яшей зовут.
 Старик достал из котелка мелкую рыбёшку, очистил от костей и отдал Яше. 
– Это рыбка ряпушка. А уж для навару судака положим. 
– А можно водички? – спросила Лиза, облизывая пересохшие губы.
– Да вон её в Неве полно.
– Прямо из речки пить? – удивилась девочка.
– А то как же. Вода здесь чистая, как слеза. Видала белые бочки в городе? В них воду из Невы и развозят. В жёлтых из Фонтанной речки, а в зелёных из каналов. 
– Не-е, не видела, – удивлённо протянула Лиза. 
 Тем временем рыба в котелке всплыла. Старик деревянной ложкой снял пену, кинул в уху головку лука, посолил и поперчил. Достал из котомки краюху ржаного хлеба, разломил её и протянул Лизе горбушку. Затем разлил в деревянные миски ароматную, пахнущую костром уху. Положил в них большие куски рыбы. Одну миску отдал девочке, вторую оставил себе.
– Ммм, объеденье! Никогда не ела такой вкуснятины, – похвалила Лиза уху. 
 И с видом знатока добавила:
– Сегодня, наверно, богатый улов. 
 Старик бережно собрал хлебные крошки в ладонь и отправил их в рот. 
– Нынче у нас с тобой рыбацкая ушица, тройная. А для царской ухи тоже рыбы хватает. В Неве и лосось, и сиг, и судак водится. Даже осётр попадается. С моря идёт на нерест через Неву и Ладогу. Щук полно. Про леща да плотву уж не говорю. Сейчас корюшка идёт. 
– Вот рыбакам работы!
– Город наш молодой, растёт быстро. Давеча велел царь Пётр меж речками Мурзинкой да Славянкой двести семей рыбаков поселить. Чтобы народ рыбой кормили. Дали им землю, и построили они Рыбную слободу. Её ещё Рыбацкой называют.
– Метро такое ешть, штанция Рыбацкое, – прошамкала Лиза с полным ртом.
– Ешь, ешь, не спеши, – кивнул головой дед. – Ты, милая, кушай, и сказ мой слушай. Сама знаешь, Город наш морской, в реках да каналах корабли да лодки. Вот и внучок мой, Алёшка, в гардемарины подался. На флоте хочет служить дружок твой, Лизавета. 
 Лизавета?!! 
 Откуда дедушка её знает? И что за дружок Алёшка?
 Девочка растерянно облизала ложку. Машинально открыла сумочку, достала носовой платок и стала его теребить. Из платка выпала старая монета и покатилась под ноги старику. Тот поднял её и поднёс поближе к огню, чтобы рассмотреть. Его седые брови удивлённо поползли вверх.
– Поди-ка ты, вернулась Алёшкина монета! Вот и щербинка с краю. Ведь это оберег наш, от всяких бед хранит. Уж сколь веков передаём её от отца к сыну. Вот обрадуется малец! Где же он её потерял-то?
 Лиза пожала плечами.
– Не знаю, мне её Яша принёс.
– Ай да умница собачка, – растроганно сказал старик и повернулся к Лизе. – А ты никак на ассамблее царской была? Ишь, какая нарядная, сразу и не признать. Для машкерада нарядилась?
– Ну да, маскарады я люблю, – согласилась Лиза и облизала ложку. – А скажи, дедушка, ты не видел на реке мотобот?
– Как же, видал. Ботик нынче аккурат в Кроншлот направился. 
– А был ли мальчик на нём? 
– Знамо дело, был, да не один, – подтвердил дед и улыбнулся. – Пошто тебя-то одну батюшка отпустил? Ступай назад скорее, покуда он не хватился. 
 Девочка вежливо попрощалась. Конечно, дедушка принял её за какую-то другую Лизу. Он вообще всё путает. Старенький ведь уже. Ещё царя помнит.




^ Наверх ^
Пергамент - подвал Домик на берегу

Домик на берегу
 Вернувшись в лодку, Лиза доложила команде о своей встрече со старым рыбаком.
– Значит, мы всё-таки попали в петровское время! – ликующе воскликнул Петух. – Ловко за нитку Времени ухватились. 
– Как петровское? За какую нитку?! Я хочу домой! – заныла Лиза, готовая заплакать.
 И сердито повторила услышанную где–то фразу:
– Не хочу торчать здесь до пенсии! 
 Яша тут же заскулил, подвывая хозяйке. Он тоже не хотел встретить свою собачью старость вдали от родной будки.
– Да мы враз сейчас… – встрепенулся Петух, расправляя крылья.
– Сейчас о ночлеге надо подумать, – перебила его Белка.
 Павлин согласно кивнул. 
– Ниже по течению реки на самом берегу есть небольшой домик, – спокойно заметила Сова. Я уже слетала на разведку.
– Спать очень хочется, – устало сказала Лиза и потёрла глаза. Она еле стояла на ногах.
 Яша отыскал конец каната, привязанного к носу лодки. Оттолкнул лодку от берега, и она медленно поплыла по течению. Сам он побрёл рядом вдоль берега, держа канат в зубах. 
 Вскоре из тумана показался маленький домик с высокой крышей. Он был добротный, срубленный из сосновых бревен. Широкие окна были закрыты крепкими ставнями. 
Домик Петра
 
 Яша подтащил лодку к деревянному причалу. 
 Путешественники выбрались на берег и подошли к домику. Обошли его и громко постучались в массивную дверь. Им никто не ответил.
– Может, все спят? – забеспокоилась Лиза.
– Так стучим, что могли бы и проснуться, – усмехнулся Петух, звякнув золотыми шпорами.
– Гости мы незваные–непрошеные, – засомневалась Сова. – И вообще это неприлично – ночью вламываться в чужой дом. 
– Ну таки не скажите. Мы только немножко спросим, для интереса. Может, хозяева и переночевать пустят, – предложил Фуфа, боязливо поёживаясь.
– Хозяев, наверное, дома нет, – предположила Белка.
– Естес-с-ственно, – согласился Павлин, отряхивая мокрый песок со своих пышных перьев. 
 Лиза взялась за затейливую дверную ручку и осторожно приоткрыла дверь.
 
Дверная ручка
 Путники оказались в крошечных сенях с низким потолком. В полумраке они с трудом различили две деревянные двери, справа и слева. Лиза вытащила из сумочки фонарик и открыла левую дверь. 
 Они очутились в небольшой комнате. Там никого не было. Посередине комнаты стоял стол. Свет фонарика выхватил из темноты зеркало на стене и отразился в медной посуде. 
– Для Лизы есть маленькая спаленка, – доложила Белка, успевшая обежать почти весь домик. 
 Она проводила девочку в крошечную соседнюю комнатку. Та устало опустилась на скамейку, стоявшую у стенки. Положила под голову свою сумочку и завернулась в плащ. Глаза её слипались.
 «И где же этот Тёма?» – успела подумать Лиза и тотчас крепко заснула. 
 Яша, надёжный защитник своей хозяйки, растянулся рядом на полу. Он прислушивался к ровному дыханию девочки и охранял её сон.
 
Яша охраняет сон Лизы
 Фуфа, стараясь не стучать коготками по полу, вернулся в столовую.
– Утро вечера мудренее, – сказал он, заботливо поглядывая на свой узелок с припасами. Пофыркав, посопев и немного повозившись в темноте, ёжик свернулся в клубочек в уголке.
Сова на стуле
– Ух… у-гу, – согласно проухала та, хлопая круглыми глазами. 
 Она стала крутить головой, наклоняя её то в одну, то в другую сторону и чутко вслушиваясь в ночные звуки и шорохи. 
 Ведь ночь была её время.
 

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Красные хоромы

Красные хоромы
 Рано утром Сова, передав дежурство Петуху, тихо задремала на стуле. 
– Ку-ка-ре-ку-у-у! - звонко разнеслось по всему домику. Петух тряхнул головой и громко захлопал крыльями.
 Яша, блаженно посапывая, спал, развалившись на полу. Услышав сигнал к побудке, он вскочил на ноги и с наслаждением потянулся. Привык вставать с утренними петухами.
 Верный пёс осторожно лизнул хозяйку в нос. 
 А Лиза спала себе да спала. 
– Это кто тут, Лиза или Соня? - застрекотала Белка и начала тормошить её. - Да вставай же ты!
 Девочка повернулась на другой бок.
 Тогда к ней важно подошёл Павлин.
– Опоздаешь на карнавал! - сказал он, красуясь и распуская свой великолепный хвост.
– День рождения Города, - пробормотала Лиза, улыбаясь в полусне.
 Прикорнувший только под утро Фуфа протяжно, со вкусом зевнул. 
– Вставай, Лизонька. Спать некогда, - вздохнул он и подёргал её за плащ. - Надо спасать Тёму.
 Тёма!
 Девочка села на лавке и свесила ноги.
– Где я? – открыв один глаз, удивлённо спросила она. 
– Доброе утро, Лиза! - раздался нестройный хор голосов.
 Девочка протёрла кулачками заспанные глаза. 
 Белка схватила медный кувшин с холодной водой. Он стоял на полке старинного шкафа-рукомойника, украшенного затейливой резьбой.
– Быстренько умываемся, - скомандовала она.
Умывальник в домике Петра
 Умытая и причёсанная девочка оглядела комнатку, где она так сладко спала. 
 Солнечные зайчики играли на деревянных стенах и потолке, затянутых парусиной. 
– Я здесь как будто на папином корабле, - улыбнулась Лиза, вспомнив, как помогала папе выбирать холст для парусов.
– Шлёп-шлёп! - слышалось за окном. Это Нева разливалась под самыми стенами домика.
 А Фуфа с интересом рассматривал окошко с частыми свинцовыми переплётами. 
– Какие чудные стёклышки, - заметил он. - Всеми цветами радуги переливаются.
– Это «лунное» стекло, - высокомерно сказал Павлин. Он никогда не упускал возможности набить себе цену. - Ручная работа. Расплавленное стекло выдували через трубочку и пузырьки разрезали на небольшие квадратики. Получались такие волнистые стёклышки. 
 Петух тут же подбоченился.
– А всякие ежи, наверное, думают, что окна только бычьим пузырём затягивали, как в старой деревушке?
 Фуфа сердито задёргал мордочкой. Яша тихо зарычал.
– Вроде я уже бывала здесь. С мамой, - перевела разговор на другую тему Лиза, поглаживая щенка.
– Конечно, бывала, - подтвердил Павлин. - Это же царские хоромы. Самый маленький дворец в Петербурге. 
– «Красные хоромы», - опять вставил Петух.
– Точно, это домик Петра Первого! – воскликнула Лиза. – А как царь, такой большой, помещался в такой крохотной спаленке? 
 Сова приоткрыла глаза.
– В детстве он жил с мамой в царских палатах в Москве. Они были не очень большие, тёмные, с низкими потолками, но там Пётр чувствовал себя защищённым материнской любовью. С тех пор он полюбил маленькие помещения и даже иногда спал в шкафу.
– Ну и не только он, - добавил Павлин. - Эту моду Пётр Первый привёз из Европы. В те времена многие цари и короли спали полусидя, на высоких подушках. Поэтому во дворцах у них кровати были короткие, зато украшенные резьбой и золотом.
 Фуфа немножко задремал под его монотонную, усыпляющую речь. Во сне он, в жизни не видевший дворцов, полулежал в царской кроватке, среди горы подушек, в мягком тёпленьком чепце. Звучала тихая приятная музыка…
Сон Фуфы
– Звяк, звяк! - громко раздалось у него над самым ухом. 
 Ёжик очнулся и увидел, что сидит на голом полу, а возле него, звеня шпорами, бодро расхаживает армейским шагом Петух.
– Походные кровати тоже были короткие. И у царя Петра такая же была, - увлечённо говорил он, размахивая крыльями. - Чтоб сразу вскочить, если враг нападёт!
 Белка протестующе зацокала.
– Не только поэтому. Ещё из суеверия спали сидя. Боялись, что у спящего лёжа или ангел, или чёрт душу утащит, - возразила она.
– Лекари считали, что так спать полезнее для здоровья. Дольше жить будешь. Только детям разрешалось спать лёжа, - сонно пробормотала Сова.
– Хорошо, что хоть прошлым детям повезло. А нынешним и в самолётах, и в машинах приходится сидя спать, а это очень неудобно, - вздохнула Лиза.
 Ёжик выслушал всех и высказал своё мнение:
– В шкафу таки теплее спать. Как в норке.

 

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Царская столовая

Царская столовая
– Ну, теперь хорошо бы позавтракать, - мечтательно произнёс Фуфа, поглаживая свой узелок.
 Друзья перешли в соседнюю комнату, которая была столовой.
Царская столовая
 Утреннее солнышко отразилось в старинном зеркале, висевшем на стене над комодом. Заиграло на его причудливой резьбе и медных витых подсвечниках. Высветило яркие красочные гирлянды цветов, нарисованных на наличниках окон и дверей. 
– Смотри, Лиза, там розы, шиповник, васильки…, - начал перечислять Фуфа. - Всё как у нас в деревне.
– А стулья-то по английской моде сделаны, - с видом знатока сказал Павлин, поглаживая крылом фигурную спинку одного из них.
 Все расселись вокруг большого дубового стола с точёными ножками, покрытого скатертью.
– Какая интересная посуда, - затараторила Белка. – Медная, стеклянная, оловянная…даже щипцы для колки орехов есть.
 Хлеб на стол, так и стол престол; а хлеба ни куска – и стол доска, - мудро заметил Фуфа. 
 И задумчиво добавил:
– Запасы у меня конечно, небольшие, на всех не хватит. Мы-то рассчитывали подкрепиться тем, что было в том большом мешке, висевшем на дереве…
 Павлин и Петух тревожно переглянулись.
 Яша осторожно подвинул лапой к Фуфе его узелок. 
– Ну да ладно, делать нечего, - вздохнул ёжик. - Поделимся тем, что есть.
 Он стал бережно развязывать платочек…
 Вдруг его маленькие глазки стали величиной с большое яблоко. Ёжик громко фыркнул и подскочил на стуле.
– Что ты как на иголках? - подколола его Белка.
 Озадаченный Фуфа молча расстелил на столе платочек и выложил на него серый клубочек, серебряное блюдечко с наливным красным яблочком и… потрёпанную книжку. На её обложке было крупно написано: «Сказки о котах».
– ЧТО ЭТО?! - воскликнули все разом.
Ёжик

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Яблоко раздора

Яблоко раздора
 Фуфа замер с выражением крайнего изумления на мордочке. В его глазах застыла вселенская скорбь. Он решительно не понимал, как всё это оказалось в узелке. И куда делись его запасы и пожитки? Загадка…
 Вдруг он хлопнул себя лапкой по лбу.
– Так это ж таки узелок тощего чёрного кота! Он живёт у старухи-знахарки. Вечно шмыгает по нашему лесу и что-то прячет. Такой таинственный! То маску напялит, то одёжку несусветную. Интересно, кто его обшивает? Мы, лесные жители, делаем вид, что его не узнаём, и смеёмся потихоньку. 
– Как же его узелок у тебя оказался? - спросила Лиза.
– Вчера сидел я себе тихо на бережку, кушал немножко, свой узелок за кустик можжевельника положил. А в камышах, в старой лодке, тот кот со старым вороном прятались. Такое там чудили, я вас умоляю! А как кутерьма с кораблём началась, узелки и перепутались. 
 Лиза внимательно разглядывала платочек. 
– Фуфа, а я тебе точно такой же подарила, на день рождения, - поразилась она. - Даже буковка Е в уголочке вышита!
 Тем временем Петух схватил яблоко и начал его клевать.
– Очень даже съедобное. Налетайте!
 Ёжик тут же выхватил яблоко и свернулся в клубочек, спрятав его на животе.
 Петух попытался яблоко отобрать, но ёжик встретил его в штыки, выставив навстречу сотню своих иголок. Поди-ка, сунься!
 
Кабинет
– Эй, не крути пуговицы. Нечего своевольничать, - сердито пропыхтел он.
 Белка переводила тревожный взгляд с Фуфы на Петуха и обратно.
 Яша тут же встал рядом с другом и угрожающе зарычал.
 Петух взлетел на сиденье одного из стульев, подбоченился, выпятил широкую грудь и топнул мускулистой ногой.
– Что этот кривоногий топотун себе позволяет?! Стащил, деревенщина, чужое имущество и не своим яблоком распоряжается! 
– Его надо съесть на завтрак, это очень полезно, - поддержал его Павлин, забравшись на спинку стула, по которому расхаживал Петух. - Недаром англичане говорят: «An apple a day keeps the doctor away» - яблоко в день, и доктор не понадобится.
– Вот именно, - поддакнул тот.
– Два придурка в три ряда, - вздохнул Фуфа. - Яша, ты слышал? Как тебе это нравится? Эти ребята с мозгами поссорились - народные сказки не знают. 
– Не только армейские уставы надо читать, воинственный ты наш, - сонно пробормотала Сова, обращаясь к Петуху. - Это же волшебное яблочко! Оно катится по блюдечку и показывает всё, что захочешь. 
– Так это же лэптоп! - засмеялась Лиза.

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Чудеса из узелка

Чудеса из узелка
 Петух сердито отвернулся.
– Лэптопами сыт не будешь, - буркнул он.
– Да-а-а…но таки интересно, что царь Пётр в этом домике кушал? - спросил Фуфа, разглаживая платочек.
 И тут случилось невероятное. Платочек начал расти. Он рос, рос и превратился в большую скатерть. Посуда на столе подпрыгнула и плавно опустилась на неё.
 Одно за другим стали появляться кушанья: дымящаяся перловая каша со сливочным маслом и молоком, куриный суп с грибами, разные щи, жаркое из утки, говядина с мочёными яблоками, кислая капуста, тёртая редька, пареная репа, шарики из варёного картофеля, студень и бифштекс с яйцом, солёные арбузы и огурцы, зелёный горошек, тонко нарезанные ветчина и сыр, ржаной хлеб, яблоки и орехи, разные пироги и оладьи с припёком, квас и медовый сбитень. И даже мороженое!
 Среди столовых приборов был и походный набор самого царя: деревянная ложка - с черенком из слоновой кости, а вилка и нож - с зелёными костяными ручками.
 Между тарелками стояли вазы, наполненные цветами из оранжерей. 
 Стол просто ломился от угощения. 
 
За столом
– Вот вам и скатерть – самобранка! – потирая лапки, радостно сказал Фуфа. - Кушать подано!
– Ну и чудеса! - ахнула Белка и схватила орех. – Настоящий!
 Голодный Петух ринулся к столу. 
 Все, тут же забыв про раздоры, с аппетитом принялись за еду.
– Царская каша! - сказала Лиза, уплетая любимую кашу Петра за обе щёки.
– Её, наверно, в русской печке томили, чтобы вкуснее была, - причмокнул Фуфа.
 Сова, попив водички и прочистив горло, сказала:
– Может в печке, а может и на плите. Они к этому времени уже появились. А ещё Пётр завёз из Европы картофель, завёл моду на немецкие бутерброды, французские и голландские сыры и сливочное масло.
– И вместо слова «похлёбка» стали говорить «суп», - важно добавил Павлин.
– А в деревнях и до Петра, и после него ели пареную репу с квасом, редьку и огурцы, капусту и грибы, пироги и блины. Рыбу ловили, охотились. Икра всегда на столе была. Масло топлёное. Пекли хлеба. Разные были кушанья, - сказал Фуфа.
 Когда все насытились, ёжик аккуратно собрал со скатерти крошки хлеба и отправил их лапкой в рот. Потом слез со стула и вежливо поклонился.
– Спасибо тебе, скатерть-самобранка, за хлеб за соль.
 Вся еда тут же исчезла, а скатерть снова превратилась в платочек.
 Ёжик деловито сложил на него все волшебные предметы и привычно связал в узелок. 

^ Наверх ^
Пергамент - подвал Кабинет

Кабинет
 Когда с трапезой было покончено, все перебрались в третью, самую большую комнату домика. 
 
Кабинет
– Так. Это кабинет, - мгновенно оценила обстановку Белка.
 Фуфа с уважением посмотрел на неё. Сразу видно, что давно на государственной службе состоит. Разбирается в кабинетах.
 Посередине комнаты стоял дубовый письменный стол с раскладной столешницей и врезанной в неё шахматной доской. 
 Налево от двери, у стены, находился секретер с книгами в тиснёных переплётах и разными сложными приборами.
 На одной из стен висели инструменты плотника. Пахло смолой, воском и табаком.
 Лиза придвинула к столу широкое кресло из грушевого дерева и уютно устроилась на сиденье с кожаной подушкой, набитой конским волосом.
 Белка запрыгала по стульям и креслам, по - хозяйски сметая с них пыль своим пушистым хвостом. Протёрла передником, стоявший на столе медный ажурный подсвечник на три свечи. 
– По преданию, царь самолично изготовил кресло, на котором ты сидишь, Лиза, - заметила она.
 Девочка просияла, ухватилась руками за подлокотники и гордо выпрямилась. 
 Ёжик осторожно, чтобы не поцарапать, потрогал лапкой точёную ножку кресла. 
– Люди называли царя Петра «работник на троне», - тараторила Белка, продолжая уборку. - Он разные ремёсла знал. Мог быть плотником, столяром и токарем, каменщиком и кузнецом. 
– Главное-часы умел собирать, - напомнил Павлин, важно разгуливая по комнате. - Это большого мастерства требует. 
 Тут его внимание привлекло необычное кресло с выставленной вперёд изящной ножкой, стоявшее в углу. Он забрался на его сиденье и, красуясь, распустил свой великолепный хвост.
 Сова, пристроилась на выдвижной доске секретера и, близоруко сощурившись, с интересом просматривала книги царя. 
– Он даже в медицине разбирался, и аптекарский огород развёл с лечебными травами. Иностранные языки учил, - добавила она.
– Чтобы разных людей понимать, - со знанием дела заявила Лиза. 
 Петух наклонил голову набок, разглядывая чертежи и карты, разложенные на столе. 
– А ведь хорошо чертил и рисовал. Какие крепости возводил! Из пушек здорово стрелял. Строил и водил корабли, даже сам сажал деревья и цветы. 
– Совсем как мой папа! Он тоже мастер на все руки! - воскликнула Лиза. 
 По лицу девочки пробежала лёгкая грусть. Она вспомнила о доме. 
 Её друзья переглянулись. Фуфа вскарабкался на кресло и уселся рядом с девочкой.
– Кабы ты была царица, чтоб ты сделала, девица? - подмигнув, спросил он.
 Девочка, подперев кулачками щёки, задумалась. 
 Потом с серьёзным видом подвинула к себе медную чернильницу. Достала из футляра гусиное перо и понарошку стала «писать» в воздухе царский указ. 
Лиза в кабинете Петра
– Повелеваю созвать в моё царство-государство самых умных, честных и добрых людей со всей Земли. Пусть они придумают, как сделать наше житьё-бытьё радостным и счастливым для всех. 
– Вот и царь Пётр приглашал в страну деловых и толковых людей, - сказала Белка.
– А он вообще ценил в людях мастерство да умение и продвигал таких по службе, - вставил Петух. - Завёл табель о рангах. При нём даже простой человек мог дослужиться до высокого чина. 
– Да-а-а. Выдающейся личностью был царь Пётр. Вот только домик бы ему побогаче, а то совсем простенький, деревенский, - заметил Фуфа. - Хотя все вещи в нём удобные и полезные.
– Это же место временной дислокации, - подскочил Петух. - Царь почти всё время в походах был. Вот и сундук его походный.
Сундук
 Сундук был деревянный, обитый полосками железа, с круглыми боками. 
 А почему он круглый? - удивился Фуфа. - На бочку похож.
 Петух взлетел на сундук. 
– Чтобы легче было перекатывать в дороге. В походных условиях. Такие сундуки даже в воде не тонут.

 


<<< Предыдущая глава Следующая глава >>>
^ Наверх ^
Пергамент - подвал